Жертв ВИЧ на Южном Урале больше тридцати тысяч, но борьба не проиграна…

22 ноября 2013, 08:13

17 0

В канун Всемирного дня борьбы со СПИДом интервью нашей газете дала главный врач областного центра по профилактике и борьбе со СПИДом Маргарита Радзиховская.

— Маргарита Владимировна, цель «ноль» поставлена. Какие темы актуальны для челябинцев: заражение, смерть от СПИДа, дискриминация?

— Маргарита Владимировна, цель «ноль» поставлена. Какие темы актуальны для челябинцев: заражение, смерть от СПИДа, дискриминация?

Самая острая из них для нашей области — рост числа заражений. Мы в печальном плюсе и пока на пути к цели «ноль» пятимся назад. В этом году сохраняется рост количества выявленных случаев ВИЧ-инфекции, рост смертности от болезней, связанных с вирусом иммунодефицита. В области на октябрь этого года официально зарегистрировано 31024 случая заражений ВИЧ, более пяти тысяч из них уже ушли из жизни.

Самая острая из них для нашей области — рост числа заражений. Мы в печальном плюсе и пока на пути к цели «ноль» пятимся назад. В этом году сохраняется рост количества выявленных случаев ВИЧ-инфекции, рост смертности от болезней, связанных с вирусом иммунодефицита. В области на октябрь этого года официально зарегистрировано 31024 случая заражений ВИЧ, более пяти тысяч из них уже ушли из жизни.

— Но почему? Профилактическая работа ведется, с экранов телевизора исчезла «стыдливость» при слове «презерватив», читаются лекции в учебных заведениях, ведется, что бы ни говорили, борьба с наркотиками, есть прекрасное оборудование для диагностики в собственных лабораториях и многое другое. Неужели еще не доходит, что надо быть осторожнее?

— Но почему? Профилактическая работа ведется, с экранов телевизора исчезла «стыдливость» при слове «презерватив», читаются лекции в учебных заведениях, ведется, что бы ни говорили, борьба с наркотиками, есть прекрасное оборудование для диагностики в собственных лабораториях и многое другое. Неужели еще не доходит, что надо быть осторожнее?

— Этой печальной статистике есть объяснение. Да, появилось современное и точное диагностическое оборудование, которое позволило выявить гораздо большее количество больных. Кроме того, сегодня анализ на ВИЧ часто делается, когда человек попадает в лечебное учреждение с болезнями, связанными с кровью. Проверяют будущих рожениц и так далее. Есть еще фактор: в связи с ослаблением иммунной системы ставшие взрослыми бывшие наркоманы обращаются в поликлиники с тяжелыми заболеваниями: сопротивляемость организма у многих уже подорвана ВИЧ-инфекцией. Все это влияет на показатели, истинная статистика может искажаться, но факт остается фактом: ВИЧ-инфекция растет.

— Этой печальной статистике есть объяснение. Да, появилось современное и точное диагностическое оборудование, которое позволило выявить гораздо большее количество больных. Кроме того, сегодня анализ на ВИЧ часто делается, когда человек попадает в лечебное учреждение с болезнями, связанными с кровью. Проверяют будущих рожениц и так далее. Есть еще фактор: в связи с ослаблением иммунной системы ставшие взрослыми бывшие наркоманы обращаются в поликлиники с тяжелыми заболеваниями: сопротивляемость организма у многих уже подорвана ВИЧ-инфекцией. Все это влияет на показатели, истинная статистика может искажаться, но факт остается фактом: ВИЧ-инфекция растет.

Есть еще одна проблема: если раньше инфицирование связывали с главной группой риска — наркоманами и гомосексуалистами, то сегодня лидирует половой путь, ведь подростки, принимавшие наркотики, повзрослели, создали семьи. Самая опасная сегодня группа — мужчины 30-40 лет.

Есть еще одна проблема: если раньше инфицирование связывали с главной группой риска — наркоманами и гомосексуалистами, то сегодня лидирует половой путь, ведь подростки, принимавшие наркотики, повзрослели, создали семьи. Самая опасная сегодня группа — мужчины 30-40 лет.

— Но неужели бывшие наркоманы не понимают, что подвергают опасности самых дорогих людей — жен, детей, а некоторые уже внуков?

— Но неужели бывшие наркоманы не понимают, что подвергают опасности самых дорогих людей — жен, детей, а некоторые уже внуков?

— Скорее не хотят понимать, их больше устраивает позиция страуса, зарывшего голову в песок. Они пытаются зачеркнуть свое прошлое, элементарно боятся узнать о своем диагнозе. Ведь у многих какое понятие? ВИЧ — это значит СПИД, а это уже смерть. Хотя между этими понятиями немалая дистанция. Заражение вирусом могут отделять от смертельной стадии — СПИДа десятилетия, если принимать противовирусную терапию. Надо ломать это предубеждение, не загонять болезнь внутрь. Ведь спасение как раз возможно, если ВИЧ обнаружен. И чем раньше, тем лучше.

— Скорее не хотят понимать, их больше устраивает позиция страуса, зарывшего голову в песок. Они пытаются зачеркнуть свое прошлое, элементарно боятся узнать о своем диагнозе. Ведь у многих какое понятие? ВИЧ — это значит СПИД, а это уже смерть. Хотя между этими понятиями немалая дистанция. Заражение вирусом могут отделять от смертельной стадии — СПИДа десятилетия, если принимать противовирусную терапию. Надо ломать это предубеждение, не загонять болезнь внутрь. Ведь спасение как раз возможно, если ВИЧ обнаружен. И чем раньше, тем лучше.

Маргарита Владимировна, понятно, что, не зная диагноза, какой нибудь Дон Жуан создает цепочку за цепочкой, то есть принцип «веера» срабатывает безотказно. А вообще такие люди несут какую то ответственность перед законом?

Маргарита Владимировна, понятно, что, не зная диагноза, какой нибудь Дон Жуан создает цепочку за цепочкой, то есть принцип «веера» срабатывает безотказно. А вообще такие люди несут какую то ответственность перед законом?

— В таком случае обязаны по закону предупредить предмет своей любви о том, что инфицированы.

— В таком случае обязаны по закону предупредить предмет своей любви о том, что инфицированы.

— А на практике все сложнее. И доказать это в суде чрезвычайно сложно. Потому что «предмет любви» часто ведет себя тоже неадекватно. Часто от незнания, непонимания, неинформированности, от ментального «авось». Поразительно, но есть женщины, которые намеренно не обращаются в женскую консультацию, приходят туда в последние недели перед родами. Хотя малыша с помощью специальной терапии можно было уберечь от инфекции во время родов. Сегодня медицина добилась того, что у большинства ВИЧ-инфицированных родителей здоровые дети.

— А на практике все сложнее. И доказать это в суде чрезвычайно сложно. Потому что «предмет любви» часто ведет себя тоже неадекватно. Часто от незнания, непонимания, неинформированности, от ментального «авось». Поразительно, но есть женщины, которые намеренно не обращаются в женскую консультацию, приходят туда в последние недели перед родами. Хотя малыша с помощью специальной терапии можно было уберечь от инфекции во время родов. Сегодня медицина добилась того, что у большинства ВИЧ-инфицированных родителей здоровые дети.

— Как вы считаете, чего за эти тридцать лет все же удалось добиться в борьбе человечества с ВИЧ-инфекцией?

— Как вы считаете, чего за эти тридцать лет все же удалось добиться в борьбе человечества с ВИЧ-инфекцией?

— Я бы сказала, что самый большой вклад в решение проблемы внесла именно медицина. Сделано все возможное, чтобы поставить заслон ВИЧ. Надо обследоваться? Предоставить противовирусное лечение? Пожалуйста! Хотя это обходится государству очень дорого. Но несмотря на денежную составляющую, хотелось бы большей эффективности в работе правоохранительных органов, использовании административного ресурса. Чтобы не сводить всю работу к требованию от медиков сводок и цифр — они сами по себе не улучшатся, а организовывать работу с подростками, развивать спорт, — словом, занимать молодых делом, учитывать их интересы, помогать школам и семьям. Банально, но это так. И ведь есть положительные примеры: в области имеются районы и небольшие города, где цифры зараженных сведены к минимуму. Потому что там проблемой профилактики власти озабочены и делают реальные шаги в ее решении.

— Я бы сказала, что самый большой вклад в решение проблемы внесла именно медицина. Сделано все возможное, чтобы поставить заслон ВИЧ. Надо обследоваться? Предоставить противовирусное лечение? Пожалуйста! Хотя это обходится государству очень дорого. Но несмотря на денежную составляющую, хотелось бы большей эффективности в работе правоохранительных органов, использовании административного ресурса. Чтобы не сводить всю работу к требованию от медиков сводок и цифр — они сами по себе не улучшатся, а организовывать работу с подростками, развивать спорт, — словом, занимать молодых делом, учитывать их интересы, помогать школам и семьям. Банально, но это так. И ведь есть положительные примеры: в области имеются районы и небольшие города, где цифры зараженных сведены к минимуму. Потому что там проблемой профилактики власти озабочены и делают реальные шаги в ее решении.

— Маргарита Владимировна, а какова ситуация за рубежом на пути к цели «ноль»?

— Маргарита Владимировна, а какова ситуация за рубежом на пути к цели «ноль»?

— За рубежом идет 20-процентное снижение количества зараженных ВИЧ-инфекцией. Недавно я побывала на международной конференции «Женщина и ВИЧ». И знаете, кто в развитых западных странах дает цифры прироста? Гомосексуалисты. И на вопрос, почему, на конференции был дан ответ: эта группа риска да и другие перестали бояться инфекции, перестала защищаться. Эта же тенденция наблюдается и в России. Происходящее трудно объяснить, но впечатляющий высокий уровень медицинской помощи, понимание, что в реальности жертв СПИДа все же меньше, чем пугали, снизили порог осторожности. У нас же гомосексуальную группу риска выявить вообще очень трудно, а вот тенденция — «не бояться» — в обществе обозначилась. И она очень тревожна. Нюансов множество, но факты неумолимы: в России кривая заражений в этой синусоиде ползет вверх.

— За рубежом идет 20-процентное снижение количества зараженных ВИЧ-инфекцией. Недавно я побывала на международной конференции «Женщина и ВИЧ». И знаете, кто в развитых западных странах дает цифры прироста? Гомосексуалисты. И на вопрос, почему, на конференции был дан ответ: эта группа риска да и другие перестали бояться инфекции, перестала защищаться. Эта же тенденция наблюдается и в России. Происходящее трудно объяснить, но впечатляющий высокий уровень медицинской помощи, понимание, что в реальности жертв СПИДа все же меньше, чем пугали, снизили порог осторожности. У нас же гомосексуальную группу риска выявить вообще очень трудно, а вот тенденция — «не бояться» — в обществе обозначилась. И она очень тревожна. Нюансов множество, но факты неумолимы: в России кривая заражений в этой синусоиде ползет вверх.

— Признаюсь, Маргарита Владимировна, это «бесстрашие», сознательное нежелание осознать опасность удивляет больше всего.

— Признаюсь, Маргарита Владимировна, это «бесстрашие», сознательное нежелание осознать опасность удивляет больше всего.

Источник: up74.ru

На страницу категории

Loading...